переглянувшись с Шаховской. - Гипотеза должна объяснять факты
известные и в то же время должна указывать факты, которые могут быть
найдены в ее подтверждении. Догмы - тормоз науки!
- Вот! Не угодно ли! - обернулся к Веселовой-Росовой Овесян. -
Закономерный шаг к абсурду. Не взыщите, дорогая! Достаточно только
начать “заумные искания” - и они тотчас выльются в экстремальные
выводы.
Из-за свинцовых перегородок словно случайно в отсек заглядывали
физики других групп. Все чувствовали грозу. Шаховская улыбалась.
- Я понимаю, что неугоден вам, - сказал Буров. - Очевидно, здесь
требуются бездумные исполнители…
- Остановитесь, - прервала Веселова-Росова. - Не беритесь так
судить обо всех своих товарищах по работе.
Овесян подошел к Бурову.
- Слушай, Буров! В тебе что-то есть. Ты инженер по специальности,
понюхал физики… Здравый смысл подсказывает, что тебе надо идти со
мной зажигать “Подводное солнце”. А гипотезы, гипотезы - потом… Так,
кажется, пелось в одной старой песенке.
- Я не склонен шутить, Амас Иосифович. Если бы мне было нечего
предложить, я не поднимал бы этого разговора.
- Любопытно все же, что он может предложить? - обратился Овесян к
Веселовой-Росовой.
Мария Сергеевна пожала плечами, давая понять, что может выслушать
этого человека только ради причуды академика.
- Итак, что вы предлагаете, Сергей Андреевич? - обернулся
академик к Бурову. - Требуем информации.
Работа на синхрофазотроне прекратилась, физики столпились в
отсеке Бурова, который вынужден был выступать на стихийно собравшейся
научной конференции.
- Итак, что глушит здесь ядерные реакции, какие примеси в морской
воде неугодны им? - спросил Овесян, усаживаясь на табурет и опираясь
руками в расставленные колени.
Буров стоял перед ним, как школьник, отвечающий урок.
- Мне привелось работать над проблемой протовещества.
Овесян высоко поднял свои лохматые брови.
Шаховская насторожилась.
- Протовещество - это состояние материи до появления звезд и
планет. В протовеществе все строительные материалы вещества были
собраны в невыразимой плотности, как бы в одном немыслимо сжатом
атоме, нейтроны которого не могли разлететься…
Овесян поморщился.
- И возможно, существовала некая субстанция, которая удерживала
нейтроны, - продолжал Буров.
- За эту субстанцию вам и присудили степень кандидата наук? -
прервал Овесян.
Буров смутился, нахмурился.
- Я не боялся черных шаров, - запальчиво сказал он.
Мария Сергеевна осуждающе покачала головой.
- Почему же не допустить, - упрямо ухватился за свое Буров, - что
остатки этой субстанции существуют всюду, где материя обрела уже форму
No Comments
RSS feed for comments on this post. TrackBack URL
Sorry, the comment form is closed at this time.
……
Бизнесмен из Вас отличный…
Trackback by Albert — April 6, 2010 @ 4:46 am